Плата за красоту - Робертс Нора. Страница 37

– Конечно, черт возьми! Она же такая красивая, такая великолепная! – Энни ткнула Эндрю пальцем в грудь, так что он отступил на шаг. – И, может быть, ты недостаточно сильно ее любил. Иначе бы ты ее не отпустил. Если ты чего-то действительно хочешь, ты этого добиваешься. Ты, может, с великанами и не сражаешься. Но все, что тебе надо, получаешь.

– Она хотела уйти! – заорал Эндрю. – Нельзя заставить кого-то насильно любить тебя!

Она оперлась руками на стол, закрыла глаза и, к его великому удивлению, начала смеяться.

– Это уж точно. – Сейчас она сама не знала, плачет или смеется. – Может, ты и заработал ученую степень, доктор Джонс, но ты – полный дурак. Ты дурак, а я устала. Я хочу спать. Уходи.

Она прошла мимо него, в глубине души надеясь, что он схватит ее. Но он этого не сделал, и она ушла в спальню одна. Услышав, как хлопнула дверь, Энни зарылась головой в подушку и, уже не сдерживаясь, разрыдалась.

Глава 10

Кука всегда восхищали всякие технические чудеса. Когда двадцать три года назад он зеленым юнцом пришел в полицию, он обнаружил, что работа детектива – это многочасовое сидение на телефоне, кипы бумажек и хождение от двери к двери. Никаких захватывающих приключений, которые расписывает Голливуд и о которых он – молодой и горячий – мечтал, выбирая себе профессию.

В выходные Кук собрался порыбачить. Погода была в самый раз. Но по дороге он вдруг завернул в участок – так, по наитию. Он верил в эти свои внезапные интуитивные желания.

На его столе среди вороха других бумаг лежал отчет, напечатанный на компьютере симпатичным молодым офицером по имени Мэри Чейни.

Сам Кук относился к компьютеру с уважительной осторожностью. Так полицейский приближается к наркоману в темном переулке. Ты выполняешь свою работу, делаешь все, как надо, но может случиться все, что угодно, если ты допустишь хоть один неверный шаг.

Главным сейчас было дело Джонсов, потому что они богатые и у них личные связи в правительстве. Постоянно держа в голове это дело, Кук попросил Мэри исследовать сходные преступления и составить по ним отчет.

Обычным способом он собирал бы эту информацию не один день. А компьютер взял и выдал: раз – и готово. Кук откинулся на спинку стула и углубился в отчет. О рыбалке он и думать" забыл.

За последние десять лет шесть аналогичных случаев, а совпадающих в некоторых деталях – вдвое больше.

Нью-Йорк, Чикаго, Сан-Франциско, Бостон, Канзас-Сити, Атланта. Во всех этих городах из музеев или галерей были совершены кражи одного экспоната. Их стоимость варьировалась от нескольких сотен тысяч долларов до миллиона. И везде одно и то же: никакого беспорядка, сигнализация не потревожена, все чистенько. Каждая украденная вещь была застрахована, и во всех шести случаях взломщика не нашли.

Ловок, подумал Кук. Очень ловок.

В следующих двенадцати случаях имелись кое-какие вариации. Было украдено две или более вещей; в одном случае в кофе охранника подмешали снотворное, а сигнализацию просто отключили на тридцать минут. По другому делу преступника арестовали: один из охранников попытался стащить камею шестнадцатого века. Он во всем сознался, но утверждал, что взял камею уже после взлома. Украденные портреты Ренуара и Мане так и не нашли.

Интересно, подумал Кук. Образ мошенника, который потихоньку складывался в его голове, как-то не предусматривал неосторожные визиты в магазины, торгующие произведениями искусства. Может, он подкупает кого-то из охраны? Надо будет проверить.

И еще надо будет проверить, где находились Джонсы во время этих краж. Что ж, тоже своего рода рыбалка.

Первое, о чем подумала Миранда, открыв глаза воскресным днем, было: «Смуглая Дама». Она должна снова ее увидеть, еще раз протестировать. Иначе как еще она узнает, почему так чудовищно ошиблась?

По прошествии дней Миранда пришла к печальному выводу: да, она действительно ошиблась. Какие еще могут быть объяснения? Миранда слишком хорошо знала свою мать. Репутация «Станджо» ей дороже всего, так что можно не сомневаться: Элизабет дотошно и въедливо изучила каждую деталь повторного анализа. Уж она бы не пропустила даже малейшей неточности.

Впрочем, она всегда так поступала.

Оставалось лишь принять ситуацию в целом, постараться сохранить остатки гордости, ни о чем не спрашивать и ждать, пока улягутся страсти. Упорствовать бессмысленно.

Решив, что, чем хныкать, лучше провести время с большей пользой, Миранда натянула свитер. Часок-другой в тренажерном зале поможет справиться с депрессией.

Два часа спустя она вернулась домой, где обнаружила мучимого похмельем Эндрю. Она направлялась к лестнице, чтобы подняться к себе наверх, когда позвонили в дверь.

– Давайте я повешу ваше пальто, детектив Кук, – услышала она.

Кук? В воскресенье днем? Миранда пригладила волосы и села.

В комнату вошли Эндрю и Кук. Миранда изобрази на вежливую улыбку:

– У вас новости для нас?

– Ничего такого, доктор Джонс. Так, имеются кое-какие ниточки.

– Садитесь, пожалуйста.

– Замечательный дом. – Серые глаза под кустистыми бровями окинули комнату внимательным взглядом. – Здорово смотрится на скале. – «У старинных, всегда свой собственный запах, – подумал он, – другое пахнет пчелиным воском и лимоном. И еще старые богатые дома отличаются особым шармом: антикварная мебель, слегка выцветшие обои, окна от пола до потолка, пурпурный шелковый водопад портьер. Традиции, отменный вкус – вот что делает дом уютным».

– Чем мы можем вам помочь, детектив?

– Я получил кое-какую информацию, над которой сейчас работаю. Не могли бы вы мне сказать, где находились в ноябре прошлого года. В первой половине ноября.

– Прошлый ноябрь. – Как странно! Эндрю почесал в затылке. – Я был здесь, в Джонс-Пойнте. Я вообще прошлой осенью никуда не уезжал. Так ведь? – обратился он к Миранде.

– Да я не помню толком. Это что, – так важно, детектив?

– Ну, необходимо прояснить некоторые детали. Вы тоже находились здесь, доктор Джонс?

– В начале ноября я на несколько дней летала в Вашингтон. Консультировала в Смитсоновском институте. Я могу для верности посмотреть в своем ежедневнике.