Черная стрела - Стивенсон Роберт Льюис. Страница 24

преспокойно собирал с крестьян оброк и выдавал им расписки в получении денег. Видно

было, что крестьянам это совсем не нравится – они отлично понимали, что им придется

платить еще раз.

Узнав, кого принес Лоулесс, Эллис тотчас же отпустил крестьян. Полный любопытства

и тревоги, он отправил Дика в заднюю комнату харчевни. Там осмотрели раны мальчика и

самыми простыми средствами привели его в чувство.

– Милый мальчик, – сказал Эллис, пожимая ему руку, – ты находишься в гостях у

друга, который любил твоего отца и в память о нем любит тебя. Отдохни немного, ты еще не

совсем пришел в себя. Отдохнув, ты расскажешь мне все, что с тобой случилось, и мы вместе

подумаем, как тебе помочь.

Позднее, когда Дик, все еще очень слабый, хорошо выспался, Эллис подсел к его

кровати и попросил именем его отца рассказать, как он удрал из Тэнстоллского замка Мот. В

широких плечах Эллиса было столько силы, в смуглом лице столько честности, в глазах

столько ума и ясности, что Дик сразу ему повиновался и подробно рассказал все свои

приключения за последние два дня.

– Святые оберегают тебя, Дик Шелтон, – сказал Эллис, когда он кончил. – Они не

только вывели тебя невредимым из всех бед и опасностей, но вдобавок привели тебя к

человеку, который больше всего на свете желает оказать помощь сыну твоего отца. Только

не покидай меня, – а я вижу, что ты меня не покинешь, – и мы с тобой добьемся смерти

гнусного предателя.

– Вы собираетесь взять его замок приступом? – спросил Дик.

– Брать замок приступом – это безумие, – ответил Эллис. – В замке он слишком силен –

у него много воинов. Вчера мимо меня проскользнул целый отряд – тот самый, появление

которого спасло тебя, – и теперь сэр Дэниэл находится под надежной защитой. Нет, Дик, нам

с тобой и нашим славным лучникам нужно как можно скорее убраться отсюда и оставить

сэра Дэниэла в покое.

– Меня тревожит судьба Джона, – сказал мальчик.

– Судьба Джона? – переспросил Дэкуорт. – А, понимаю, судьба этой девчонки!

Обещаю тебе, Дик, что, если пойдут толки о свадьбе, мы будем действовать без

промедления. А до тех пор мы все исчезнем, как тени на рассвете. Сэр Дэниэл будет

смотреть на восток, будет смотреть на запад и нигде не найдет врагов. Клянусь небом, он

подумает, что мы ему только приснились. Но наши с тобой четыре глаза, Дик, будут

внимательно следить за ним, и наши четыре руки – да поможет нам святое ангельское

воинство! – одолеют предателя.

Два дня спустя гарнизон сэра Дэниэла настолько усилился, что сэр Дэниэл решился на

вылазку и во главе сорока всадников проехал, не встретив сопротивления, до деревни

Тэнстолл. Ни одна стрела не пролетела, ни одного человека не нашли в лесу; мост никем не

охранялся. Проехав через мост, сэр Дэниэл увидел крестьян, боязливо глядевших на него из

дверей своих домиков.

Внезапно один из них, набравшись храбрости, вышел вперед и, отвесив низкий поклон,

подал рыцарю какое-то письмо. Сэр Дэниэл начал читать, и лицо его нахмурилось. Вот что

он прочел:

«Коварному и жестокому джентльмену, сэру Дэниэлу Брэкли, рыцарю.

Теперь я знаю, что вы вели себя коварно и подло с самого начала. Кровь

моего отца на ваших руках; отмыть ее вам не удастся. Предупреждаю вас, что

настанет день, когда я вас убью. Предупреждаю вас далее, что, если вы

попытаетесь выдать замуж благородную даму госпожу Джоанну Сэдли, на которой

я дал клятву жениться сам, день этот настанет скоро. Первый ваш шаг к устройству

ее свадьбы будет первым вашим шагом к могиле.

Рич. Шелтон».

Часть III

Милорд Фоксгэм

Глава I

Дом на берегу

Несколько месяцев прошло с того дня, когда Ричард Шелтон вырвался из рук своего

опекуна. Немало событий, весьма важных для Англии, произошло за эти несколько месяцев.

Ланкастерская партия, совсем уже было погибшая, снова подняла голову. Сторонники

Йоркского дома были разбиты, их вождь пал на поле брани, и зимой уже казалось, что

Ланкастерскому дому удалось восторжествовать над всеми своими врагами. Небольшой

городок Шорби-на-Тилле был полон ланкастерских вельмож, съехавшихся из окрестностей.

Был тут и граф Райзингэм с тремя сотнями воинов; и лорд Шорби с двумя сотнями; и сам сэр

Дэниэл, могущественный, как прежде, опять разбогатевший от конфискаций; он жил в

собственном доме на главной улице с шестью десятками воинов. Словом, произошел новый

переворот.

Был темный январский вечер; дул ветер, мороз становился все крепче; к утру можно

было ждать снега.

В мрачном трактире неподалеку от гавани сидели три человека; они пили эль и ели

яичницу. Это были крепкие, здоровые люди с обветренными лицами, с сильными руками, со

смелыми глазами; и, хотя они были одеты, как простые крестьяне, даже пьяный солдат не

отважился бы затеять с ними ссору.

Неподалеку от них перед ярко горевшим камином сидел молодой человек, почти

мальчик; хотя он тоже одет был по-крестьянски, видно было, что он человек хорошего

происхождения и достоин носить меч.

– Мне это не нравится, – сказал один из сидевших за столом. – Дело кончится плохо.

Здесь не место для веселых ребят. Веселые ребята любят поле, густой лес, безопасность; а

здесь мы в городе, который кишит врагами. И вот увидите, утром еще, как на беду, снег

пойдет.

– А все ради мастера Шелтона, – сказал другой, кивнув в сторону мальчика, сидевшего

перед огнем.

– Я на многое согласен ради мастера Шелтона, – возразил первый. – Но попасть ради

кого-то на виселицу – нет, братья, я не желаю!

Дверь трактира распахнулась; какой-то человек вбежал в комнату и подошел к юноше,

сидевшему перед огнем.

– Мастер Шелтон, – сказал он, – сэр Дэниэл вышел из дому с двумя факельщиками и

четырьмя стрелками. – Дик (ибо это был наш юный друг) сразу вскочил.

– Лоулесс, – сказал он, – ты сменишь Джона Кэппера на наблюдательном посту.

Гриншив, следуй за мной... Кэппер, веди нас. Мы не отстанем от сэра Дэниэла ни на шаг,

хотя бы он шел до самого Йорка.

Через мгновение они все уже были на темной улице. Кэппер – так звали

новоприбывшего – показал им два факела, пылавших вдали на ветру.

Город уже спал; незаметно следовать за маленьким отрядом по пустым улицам было

совсем не трудно. Факельщики шагали впереди; за ними шел человек, длинный плащ

которого развевался на ветру; позади шагали стрелки, держа луки наготове. По кривым,

запутанным переулкам они быстро шли к берегу.

– Он каждую ночь ходит в ту сторону? – шепотом спросил Дик.

– Третью ночь подряд, мастер Шелтон, – ответил Кэппер. – Всякий раз в тот же самый

час; и всегда с очень маленькой свитой, словно хочет, чтобы об этом знало поменьше народу.

Сэр Дэниэл и шестеро его спутников вышли на окраину города. Шорби был

неукрепленный город, и, хотя засевшие в нем ланкастерские лорды держали караулы на всех

больших дорогах, из него можно было выйти маленькими переулочками или даже просто

полем.

Переулок, которым шел сэр Дэниэл, внезапно кончился. Впереди возвышались

песчаные дюны, а рядом шумел морской прибой. Здесь не было ни часовых, ни огней.

Дик и оба его спутника почти догнали сэра Дэниэла. Дома города кончились, и вдали

они увидели факел, двигавшийся им навстречу.

– Эге, – сказал Дик, – здесь пахнет изменой!

Тем временем сэр Дэниэл остановился. Факелы воткнули в песок, люди легли, словно

поджидая кого-то.

Те, кого они ждали, приблизились. Это был маленький отряд, состоявший всего из

четырех человек: двух стрелков, слуги с факелом и джентльмена в плаще.

– Это вы, милорд? – крикнул сэр Дэниэл.

– Да, это я. Я самый бесстрашный рыцарь на свете, потому что другие рыцари