Виктория - Пэйтон Мартин. Страница 46

от благотворителей. Раз уж больше никого, то вам и отдам.

— Сначала до укрытия доберёмся! Нам сюда, к администрации! — Аркадий указал на двухэтажное здание, построенное из крупных пепельно-серых бетонных блоков. Но повёл не к центральному входу, а мимо пустых заснеженных клумб к торцу, к бетонным ступеням, ведущим в подвал.

Внизу за железной дверью — полумрак, едва разбавленный лучами из узких цокольных окошек, немного похожих на крепостные бойницы под самым потолком. Пустой бесцветный зал, гулкое эхо шагов по каменному полу.

За следующим дверным проёмом — обустроенное помещение. Множество стульев, не меньше дюжины. Пара кушеток, обитых коричневой искусственной кожей. Тёмные вёдра, накрытые крышками. Несколько больших деревянных табуреток, выкрашенных белой краской. На стене — алюминиевый рукомойник с клапаном внизу, под ним — эмалированный голубой таз. Железная печка с трубой, выходившей в окошко. На ней — слегка помятый чайник из нержавеющей стали. Рядом на полу — горка поленьев, стопка старых журналов и книг. У противоположной стены — большой ящик, застеленный желтоватым платком и, очевидно, служивший столиком. На нём — миски, кружки, толстые свечи, установленные в стаканах.

Люда захлопотала у двери, прилаживая металлический засов. Аркадий, сняв шапку, принялся загружать дрова в печь. Дети уселись на кушетку и стали наблюдать за его действиями.

— Снеди мало, но до вечера дотянем. — Маша поставила сумку на стул, начала вынимать из неё газетные свёртки и выкладывать их на табуретку.

— Думаю, вы сами разберётесь, кому сколько нужно. — Виктория положила пачку денег рядом с продуктами.

— Ого! — Аркадий от изумления чуть не выронил полено.

— Маша, возьмёшь себе побольше, чтобы внуков вывезти! — Люда справилась с засовом и подошла, разглядывая банкноты как диковинку.

— Ой, кого же благодарить? — Маша всплеснула руками, едва не расплакавшись, судя по выражению лица. — Кто те добрые люди?

— Они предпочитают оставаться неизвестными. — Виктория ответила тихо, но уверенно.

— Ладно вам, не приставайте к девчонке с вопросами! — Вмешался Аркадий, запихивая в печку скомканный журнал и поджигая его спичкой. — Она и так рисковала, к нам добиралась. Война идёт, имена скрывают не потехи ради.

— Давай, покушай с нами! Мы ведь пообедать сегодня не успели. — Люда взглянула на девушку с искренним уважением.

— Спасибо, но у меня шоколад есть. — Виктория достала из сумки и вручила детям по батончику. Затем положила ещё три жёлто-красные упаковки на ту же табуретку.

Котёнок спрыгнул с колен девочки и забегал по подвалу, резвясь, играясь с найденной на полу белой крышечкой от пластиковой бутылки. Не очень-то испугался, когда раздался первый взрыв, всего лишь остановился и прислушался.

Казалось, какой-то невообразимый силач с оглушительным треском переломил гигантское дерево. Дрожь земли, впрочем, быстро рассеялась и поглотилась массивными стенами. Но бетон опять загудел, впитывая волны от следующих резких ударов.

— Перелёт. — Прокомментировал Аркадий, присматривая за разгоравшимися дровами. — Где-то в гаражах, возле мастерской.

— Да, это далеко от нашей улицы. — Согласилась Маша, разворачивая газетные свёртки. В них оказались ломти чёрного хлеба, кусочки копчёностей и очищенные луковицы. Котёнок подбежал, запрыгнул на ближайший стул, с надеждой посмотрел на угощения. Получил кусочек и шустро унёсся с ним куда-то в угол.

— Ты не беспокойся! — Люда обратилась к Виктории, присев рядом с детьми. — К нам снаряды не пробьются. Для себя чиновники строили хорошо, капитально.

— Здесь даже ванная и кухня есть. — Маша достала баночку с солёными огурцами. — Правда, плиту давно сломали, а вода в трубах не всегда чистая.

— Пересидим с удобствами! — Оптимистично заверил Аркадий. И пошёл к ведру, чтобы наполнить чайник. — Ребята, ну-ка руки мыть! Сладости потом, после обеда!

Дети послушно подошли к умывальнику. Девочка взяла с его крышки жёлтый кусок мыла. Люда тем временем сдвинула четыре табуретки в ряд, сформировав из них что-то вроде продолговатого стола, и разложила газеты с хлебом.

Завершив приготовления и не обращая внимания на грохот взрывов, местные с аппетитом взялись за еду.

Когда чайник забулькал и отправил к потолку струйку пара, Маша насыпала заварку из тёмно-зелёной пачки прямо в кружки. В каждую налила кипятка.

Виктория сняла с плеча лук, колчан и сумку, прислонила их к свободной кушетке, после чего расположилась на ней сама. Кивнула в ответ на вопросительный взгляд Маши и взяла одну из кружек, поставила рядом с собой.

Вынула из сумки коммуникатор и приёмник. Изучая текст на дисплее, выдвинула полированную антенну. Нажала пару кнопок — из динамика раздалось шипение. Плавно покрутила ручку настройки — сквозь шум пробилась музыка, лёгкая и спокойная мелодия, исполняемая на саксофоне.

Дети смотрели на радио с восторгом. Впрочем, не только они. Аркадий тоже проявил интерес.

— Это новый, цифровой? — Он отхлебнул чая из своей кружки. — Помнится, в молодости с ламповыми дело имел. Эх, как же быстро техника меняется!

— Может принимать их переговоры. — Девушка провела пальцем по дисплею коммуникатора, перелистывая страницу.

— Мы в подвале, не услышим. Нужно сделать наружную антенну. — Аркадий поднялся. — Пойдём, тут должны быть обрывки проводов. Время у нас есть.

Он повёл Викторию к следующему дверному проёму, в короткий коридор с толстыми трубами вдоль стены. Дальше, как и говорила Маша, находились кухня и ванная, облицованные белой плиткой.

Пустые жестяные банки с пёстрыми логотипами на боках, пара пластиковых бутылок, небрежно приоткрытые дверцы светло-серого шкафчика для посуды, почерневшая сковородка на газовой плите. Несмотря на некоторую захламлённость и признаки заброшенности, какие-либо заметные разрушения отсутствовали. Латунные краны над керамическими раковинами выглядели целыми, из труб ничего не протекало, нигде ни единой трещины.

— Вот он! — Мужчина отыскал моток толстого провода в синей изоляции. — И банки пригодились бы, да нечем одну к другой прикрепить.

— У меня в сумке лежит клейкая лента.

— Скотч? — Обрадовался Аркадий. — Как раз что надо!

Вернувшись с девушкой к остальным, мужчина приступил к делу с энтузиазмом, явно радуясь поводу вспомнить свои молодые годы. Достал из кармана маленький раскладной ножик и умелыми, уверенными движениями срезал с концов провода изоляцию. Затем аккуратно поставил четыре жестяные банки одну на другую и взял у Виктории скотч, чтобы скрепить стыки сегментов получившегося столбика.

Приклеил конструкцию вертикально к раме окошка рядом с форточкой, в которую выходила труба дымохода.

Размотал провод, протянул по полу, соединил нижнюю часть столбика с выдвижной антенной радиоприёмника. Шипение сразу же исчезло. Звучание музыки стало чистым, прозрачным. И очень ясным, выразительным в наступившей тишине. Бомбардировка прекратилась.

— Выходить рано! — Предупредила Люда, когда Виктория, убавив громкость, прислушалась к происходившему снаружи. — Могут перезарядиться и повторить.

Девушка попробовала чай из кружки и вернулась к