Медовая ловушка (ЛП) - Перрин Карли. Страница 45

Глава Шестьдесят Вторая

Мейсон

София.

София.

София.

София.

София.

София.

Я хочу продолжать говорить это всю ночь. Ее лицо так близко ко мне. Так близко, что я чувствую тепло её дыхания, ласкающего мои губы. Слишком легко наклониться и поцеловать её. Боже, как же сильно я хочу её поцеловать.

– Ты так говоришь, будто это плохо, – я тяжело вздыхаю.

– Это плохо, – отвечает она.

– Почему?

– Потому что ты мне нравишься.

– Ты мне тоже нравишься, София, – я смеюсь.

– Нет. Ты мне совсем не нравишься. Ну, ты мне нравишься, но не только нравишься. Ты нравишься-нравишься мне.

– Подожди минутку, – притворяюсь, что глубоко задумался. – Я тебе нравлюсь или нет? Всё немного запутано.

– Да. Ты мне слишком сильно нравишься.

– Не думаю, что это возможно.

– Ошибаешься. Возможно.

– Но почему это плохо?

Она поднимает вверх руки.

– Потому что мне не хочется заманивать тебя, Мейсон. Ты ничего не понимаешь.

– Заманивать меня? О чём ты вообще?

– Соф, – строго говорит Лори. – Думаю, нам пора домой.

– Я не хочу ничего делать, что могло бы ей помочь, – бормочет София, игнорируя Лори.

– Что? Помочь кому?

– София, – в этот раз Лори говорит с большим давлением. – Прекрати. Ты пьяна и несешь чепуху. Пойдем домой.

– Я получаю удовольствие, как ты мне велела.

– Знаю, но уже поздно, и мы все немного перепили.

– Не хочу домой.

– Помоги, пожалуйста, – сказала Лори, повернувшись ко мне.

– Думаю, пора спать, – говорю я Софии.

– Конечно пора, – она шевелит бровями вверх и вниз.

Я стараюсь сохранять невозмутимость.

– Давай я перефразирую. Кажется, пора уходить. Я позвоню Чарли и попрошу его забрать нас и отвезти домой, хорошо?

И прямо перед тем, как кивнуть мне, её рвёт на мои ботинки.

******

– По шкале от одного до десяти, как сильно ты хочешь поцеловать меня? – Базз спрашивает Лори.

– Хммм... около минус десяти, – отвечает она.

– По крайней мере, ты не сразу ответила мне.

– Да, я должна была подумать, насколько сильно ты меня отталкиваешь.

– Не думаю, что ты поняла вопрос.

– Я поняла, спасибо.

Я поворачиваюсь к Софии, которая сидит с закрытыми глазами и бумажным пакетом на коленях.

– Эй, – говорю я мягко. – Мы сейчас подъедем к дому.

Она открывает глаза.

– Извини, Мейсон. За всё. Я не хотела устраивать этот бардак.

– Не стоит извиняться. Не ты первая, кто напивается и блюет на меня, – я бросаю на База взгляд.

– Ты меня прощаешь?

Я усмехаюсь.

– Конечно, я прощаю тебя.

– Давай уложим тебя спать, тусовщица, – немного нервничая, заявляет Лори. – Спасибо, что подвез, Мейсон.

– В любое время, – выпрыгиваю из машины и протягиваю руку Софии. Я задыхаюсь, когда она берёт своими пальцами мои. Такой маленький, но интимный жест. Это кажется совершенно естественным, будто мы делали это сотни раз раньше. Не знаю, как справлюсь, когда нужно будет расцепить руки. Долго размышлять не приходится, потому что её ноги подкашиваются, как только она делает шаг от машины. Кажется, за последние полчаса ей стало значительно хуже, и рвота ни капли не отрезвила её. Она взвизгивает, когда я наклоняюсь и подхватываю её на руки. – Думаю, так будет безопаснее, – замечаю ей.

– О, Мейсон, – она закрывает глаза и вздыхает. – Почему ты должен быть таким охрененно идеальным?

– Я не совершенен, – посмеиваюсь я.

– Ты чертовски близок к этому.

– И ты тоже.

– Нет, вовсе нет.

– Ну, ты идеальна для меня, София.

– Ты опять произносишь моё имя вот так, – она издаёт стон. – Ты хоть представляешь, насколько я сейчас возбуждена?

У меня встаёт меньше, чем за пять секунд. Не помогает и то, что руками сжимаю ее голые бедра. Я делаю глубокий вдох.

– Наверное, не так сильно, как я, – её глаза темнеют, отражая мои собственные.

– Почему меня никто не носит? – Лори спрашивает Базза, когда мы доходим до входной двери. – Почему ты не можешь быть джентльменом, как Мейсон, и помочь мне выйти из машины?

– Потому что я не Мейсон и не джентльмен, – он вращается вокруг себя с поднятыми руками. – Это я. Что видишь, то и получаешь. Я импульсивный и активный. Спонтанный и саркастичный. Шумный и преданный. И мне нравится жить так же, как я люблю трахаться, – жестко и быстро. Знаю, что я не в твоем вкусе, но ты свободна не просто так, милая. Ты не сможешь вечно игнорировать свои чувства. Запрыгивай на поезд Базза, и я обещаю подарить тебе поездку всей твоей жизни.

Она закатывает глаза.

– Ты пропустил «скромность» в своём списке. Вот, подержи пока, чтобы я могла поискать ключи, – она протягивает ему сумочку. – Не могу держать её и искать одновременно. И ни хрена не помогает то, что здесь ужасно темно.

– А ещё не помогает, что ты Мэри-грёбаная-Поппинс. Поверить не могу, как много барахла ты таскаешь с собой. Кухонная раковина тоже там?

– Нет, но у меня где-то есть газовый баллончик.

– Ага, только сначала тебе придётся его найти.

Она хмурится.

– Стой спокойно, и я это сделаю.

– Что, чёрт возьми, это такое? – он вытаскивает что-то в форме большой пули.

– Губная помада.

– Какого хрена она такая большая? А это что за переключатель?

– Это мой ВОВ, идиот.

– Что такое ВОВ?

– Дружок на батарейках (ВОВ – Battery operated boyfriend). Стой смирно.

– Чёртов вибратор? Нафига он тебе, когда есть я?

– Потому что вибратор можно отключить.

– Гораздо веселее будет завести меня.

– Я могу завести эту штучку когда и где захочу. И она не болтает.

– Эй, я могу быть тихим, как мышка. Хотя признаю, что обычно использую грязные словечки, но если хочешь, чтобы я молчал, то всё в порядке.

Когда я думал, что София уснула, она открывает глаза.

– Это сон или они на самом деле говорят о вибраторах?

– Тебе не снится, – прыскаю от смеха я.

– Могу я спросить тебя кое о чем? Это важно, – говорит она почти шепотом.

– Конечно.

– Как Базз получил свое прозвище?

– Это действительно важно? – я смеюсь. – Он убьет меня, если расскажу.

– Я никому не разболтаю, даже Лори. Поклянусь на мизинчике.

– Хммм, что я получу взамен?

– Порно в лифте и душе.

– Ну, в таком случае ... – я протягиваю мизинец и проверяю, не слышит ли он. Но он слишком занят: высмеивает Лори за бутылку ополаскивателя для рта в сумочке. – Я как-то слышал, как этот парень потерял девственность, – тихонько рассказываю ей. – В тот день до этого он посмотрел «Историю игрушек», и, по-видимому, когда был близок к финишу, кричал «Бесконечность не предел!» (Фраза Базза Лайтера из мультфильма «История игрушек»).

– Нет!

– Ходят слухи, что есть видеодоказательство, – пожимаю плечами.

– О мой Бог! Это намного круче, чем я себе представляла, – она заливается до тех пор, пока не задыхается, и мне приходится сжимать её ещё сильнее, чтобы мы не упали.

– Эй! Рассказывайте шутку, – говорит Базз.

– О, я абсолютно уверена, что ты её уже знаешь, – отвечает она ему, пытаясь сохранить серьёзное лицо, но терпит неудачу. Я поворачиваюсь к нему спиной и прижимаю палец к губам. – Хорошо, у меня есть еще один вопрос. Как ты стал таким красивым?

– Я ничего об этом не знаю, – признаюсь я.

– О, началось, – вставляет Базз. – Пожалуйста, не раздувай его эго ещё больше, чем сейчас.

– Конечно, у тебя есть зеркало, – она его игнорирует. – Серьезно, кого я должна поблагодарить?

– Ну, многие говорят, что я похож на свою мать.

– У неё есть Твиттер? Хочу ей написать.

– Нет, София, – смеюсь я, – у моей матери нет аккаунта в Твиттере. Она даже не представляет, что это.

– Почему ты не можешь быть доброй, как София? – задаёт вопрос Базз Лори, подняв бровь.