Наследница волшебной лавки - Фир Мария. Страница 11

– Если бы это не было опасно, я бы предложил тебе повторить, – хмыкнул Буся.

– Почему ты думаешь, что это опасно? Я не умру от кровопотери, если сделаю маленький порез.

– Не надо, Лина. – Домовой упрямо сложил руки на груди. – Мы не знаем, что это за магия!

– И не узнаем, если не проведём эксперимент!

– Смею напомнить, что магия крови запрещена уже несколько веков.

– Какая же это магия крови? Я не собираюсь призывать демонов или поднимать мертвецов с кладбища, не собираюсь подчинять себе чужую волю, всего лишь хочу ещё разок заглянуть в прошлое!

Буся принялся расхаживать по кухне туда-сюда, словно раздумывал, стоит ли позволять мне творить безумства в его доме. Мне и самой было чуточку боязно: одно дело – порезаться случайно, и совсем другое – хладнокровно пустить себе кровь. Любопытство пересилило, я приставила кончик лезвия к подушечке указательного пальца и чуть надавила.

– Я жалею, что произнёс это вслух, – сокрушался Буся. – Но ведь я сразу сказал, что это опасно!

– Да ничего страшного, мне совсем не больно!

Присев на корточки, я надавила на палец и сбросила капельку крови на пол. Ничего не произошло.

– Вот так вот, это была разовая акция, – буркнул домовой. – Больше не получится.

Сунув палец в рот, я крепко задумалась. В том, что старая лавка была волшебной, я ничуть не сомневалась. Но что она хотела мне сообщить? Моя кровь имеет необычные свойства? Вряд ли, в колледже у нас несколько раз брали пробы крови, но никаких особенностей у меня не обнаружили. Может быть, лавка принадлежала кому-то из моих дальних родственников? Тоже сомневаюсь – ни мама, ни папа никогда не рассказывали мне о ней. Мой будущий малыш как-то связан с этим? Совсем не похоже, Винсент говорил, что не бывал в Хартвинде.

– Что ж, у нас есть над чем подумать в выходной день, – сказала я и вернулась к приготовлению ужина.

Налопавшись так, что с трудом могли пошевелиться, мы с Бусей сидели на ступеньках, выходящих на задний двор, и любовались закатом. Цветущие яблони почти облетели, но у изгороди зацветал карминово-красный шиповник, а на старой шпалере у колодца распустилась пахучая жимолость. Впервые за много дней я чувствовала себя спокойной и счастливой, так, словно все мои проблемы уже разрешились сами собой и можно просто наслаждаться жизнью.

Домовой зевнул и устроил мохнатую голову у меня на коленях.

– Эй, я ещё хотела почитать на ночь! Пойдём в дом, Буся.

– У тебя есть книга сказок? – с надеждой спросил домовой. – Мама читала мне в детстве.

– Интересно, сколько лет назад ты был маленьким? – улыбнулась я.

– Триста восемьдесят пять, – махнул рукой он. – Я знаю много сказок, но не отказался бы послушать новую.

– Хорошо, – сказала я, устроилась на кровати и вытащила из сумки учебник. – «Основы практической артефакторики. Пособие для студентов первого курса».

Буся громко фыркнул и свернулся на краю кровати калачиком, совсем как домашний кот. Я погасила заклинанием свет во всём доме, оставив лишь маленький светлячок, паривший у изголовья. Вряд ли мне удастся поступить в Академию в моём положении, но совсем отказываться от мечты я не собиралась. Нужно читать, чтобы мозги не превратились в желе.

– Спокойной ночи, – проворчал домовой и тут же засопел, погрузившись в сон.

Я уже знала, что духи дома могут обходиться без еды и сна десятилетиями и могут спать беспробудно целыми веками. Однако рядом с людьми домовые легко «очеловечивались» и перенимали привычки обитателей дома. Они могли выучиться огородничать, шить и вязать, плести корзины, мастерить деревянные игрушки, а могли позаимствовать у хозяев дурные привычки – склонность пить крепкое вино или курить трубку.

После сытного ужина магические формулы усваивались с большим трудом. Осилив только три странички учебника, я прикрыла глаза и сладко задремала. Светлячок постепенно потух, в доме стало совсем темно. Рядом с чутким Бусей мне не было страшно, но когда входную дверь лавки дёрнули так, что она едва не слетела с петель, – я подскочила как ошпаренная!

– О боги, кто это? – дрожащим шёпотом спросила я. Сердце колотилось у меня где-то в горле.

– Тс-с-с, я подкрадусь и послушаю, – сказал Буся и соскользнул на пол. – Не вздумай зажигать свет.

Я лихорадочно соображала, стоит ли активировать кристаллы. С одной стороны, это отпугнёт воров, если те вздумали чем-то поживиться – они увидят огни в окне и убегут. С другой стороны, так я обнаружу себя, а вот сумею ли я потом убежать от негодяев – неизвестно.

Спустив с кровати босые ноги, я несколько раз вдохнула и выдохнула. В дверь снова ударили! Мы с домовым запирали лавку простеньким заклинанием, но как знать, не владеют ли воры магией? Ещё не поздно было выскочить на задний двор и перелезть через забор, вот только оставить Бусю одного я не могла. Набравшись храбрости, я тихо пошла в торговую часть лавки вслед за домовым.

Третий удар в дверь был слабее предыдущих – скорее всего, воры поняли, что просто так им внутрь не попасть. Я сложила пальцы и прошептала заклятие усиления звука.

– Я же тебе говорил, что здесь заперто, тупая твоя башка! – Грубый низкий голос явно принадлежал мужчине средних лет. – Это не та лавка.

– Та самая! Я слышал, как этот хлыщ Тейлор расспрашивал соседей. Он хочет купить эту рухлядь.

Второй голос был моложе, но звучал хрипло, словно его обладатель был простужен.

– Зачем она ему нужна? Он мог бы купить всю улицу при желании. Его папаша сам знаешь кто!

– Придурок, я талдычу тебе об этом всю неделю. В этой лавке запрятан клад. Под полом.

– Ври больше! Клад, который лежит себе и ждёт, когда мы его заберём, а-ха-ха!

– Не хочешь – не верь, вот только проверить не помешало бы, пока Тейлор не прибрал домик к рукам. Всего-то надо дверь открыть. Долбани посильнее!

– Она заперта магией, – скрипнул зубами первый неизвестный. – Верить я тебе, конечно, не верю, но, если подумать, кому надо запирать пустую лавку? Это подозрительно.

– Что ты предлагаешь? Позовём Гислена?

– Нет. Он запросит себе половину найденного. Сами решим вопрос.

– Как? Со дня на день сюда заявится Тейлор со своим агентом.

– Надо отбить у него желание покупать развалюху, вот что! Подожжём тут всё, а когда пепел уляжется и полиция уберётся, покопаемся на пепелище. Если клад спрятан под полом, он не пострадает.

Обомлев от услышанного, я прислонилась к дверному косяку и сцепила зубы, чтобы не стучали слишком сильно: меня била крупная дрожь. Буся неслышно подошёл ко мне и прижался к моим ногам, то ли перепугавшись до смерти, то ли стараясь меня успокоить.

– Сегодня? – снова оживился хриплый молодой голос. – В ночь на санар на улицах полно полиции.

– Не сегодня. Надо подготовиться. Пошли, выпьем и обсудим всё в «Дохлой крысе».

Топот шагов по плиточной дорожке постепенно стих, и мы с Бусей выдохнули. О том, чтобы вернуться в кровать и забыться сном, не могло быть и речи.

Глава 13

Первым делом я призвала крошечный светлячок и проверила запирающие чары на двери – они не пострадали, ведь воры не владели магией. Если бы они не пожадничали и привели с собой загадочного Гислена, нам с Бусей пришлось бы спасаться бегством.

Я судорожно соображала, что ещё можно предпринять прямо сейчас для защиты моего нового дома. Как бытовой маг я знала заклинания, способные укрепить хрупкие предметы или сделать более прочной ткань, но против стихии огня моя магия была бессильна. Домовой обеспокоенно ходил за мной по пятам, время от времени ощупывая стены и заглядывая в углы.

– Буся, может, ты знаешь какие-нибудь охранные руны от пожара?

– Я знаю только то, что эти двое явились сюда не просто так. Откуда они могли узнать о кладе?

– Что? – Я с трудом переключилась с мыслей о грядущей катастрофе на слова Буси. – Ты думаешь, это не выдумка?

– Уверен, что это не выдумка, Лина! На Садовой улице полсотни домов, на соседней Лесной в три раза больше, а рядом есть Рябиновая, Весенняя и Почтовая. Тем не менее эти жулики с чего-то решили, будто сокровища кроются под полом нашей лавки. Чёрт, если бы не моя забывчивость!