Цветы для судьи - Аллингем (Аллингхэм) Марджери (Марджори). Страница 5

Что-то заставило мистера Кэмпиона взглянуть на друга, и он увидел Майка в состоянии рыцаря с поднятым забралом. В мозгу гостя вспыхнул предупреждающий сигнал.

Мистер Кэмпион был достаточно старомоден и к брачному контракту относился серьезно. И в то же время жизненный опыт, который он успел приобрести, подсказывал, что даже самые прекрасные люди способны влюбляться очертя голову. Попадая под влияние собственного эгоистичного безумия, они предъявляют своим друзьям самые странные требования, не обусловленные ничем, кроме сиюминутной потребности.

Он вдруг понял, что, скорее всего, сейчас Джина отчаянно нуждается в надежном, умеющем держать язык за зубами частном детективе, способном помочь ей с разводом. Он уже хотел сказать ей об этом в самой что ни на есть дружеской манере. К счастью, замечание мисс Керли уберегло его от этого промаха.

– Джина, а как по-вашему, где он может быть сейчас? – напрямую спросила Керли. – Обхаживает прелестную миссис Белл?

Джина снова покраснела, однако вопрос ее рассмешил.

– Нет, мисс Керли. Я точно знаю, что он не там. Знаете, утром я ей позвонила и задала примерно тот же вопрос. В противном случае это было бы сугубо моим делом, и я посчитала бы недопустимым обсуждать подобное с другими. Нет, я понятия не имею, где он сейчас. Потому и заговорила об этом. Со мной все в порядке. Я умею себя занимать и развлекать. Наконец, если мне захочется куда-то пойти, я могу обратиться к Майку. – Джина застенчиво улыбнулась ему.

– Конечно, – торопливо отреагировал Майк. – И ты это знаешь. В любое время.

«Вот те на! – подумал мистер Кэмпион, сделав то же открытие, что ранее сделала мисс Керли. – Настоящая страсть. А ей и не сказали».

Ему вновь стало интересно.

– Вот что, – сдержанно произнес мистер Кэмпион, обращаясь к Джине. – Не хочу совать нос в чужие дела, однако вынужден спросить: может, вы с Полом поссорились?

– Нет. – Раскосые глаза Джины смотрели прямо на гостя. – Никаких ссор между нами не было. Это еще одна причина моего недоумения. В четверг днем я ненадолго зашла в контору. У Пола в тот момент был ланч с Кальдекоттом. Он мне сказал, что придет домой ужинать и тогда мы поговорим. Такое ощущение, что после четырех Пола никто больше не видел. В шестом часу мисс Нетли принесла ему письма на подпись, однако кабинет был пуст. Я знаю об этом, поскольку в пятницу секретарша мне позвонила и спросила, может ли она сама их подписать, так как письма требовалось отправить. Джон тоже звонил и интересовался, где Пол. Он был возмущен «этим чертовым разгильдяйством», о чем так и сказал.

Джина умолкла, словно запыхавшись от потока слов. Сигарета, зажатая у нее между пальцев, догорала, и молодая женщина стала оглядываться в поисках пепельницы.

Майк встал и, подойдя к Джине, протянул руку, сложив ладонь чашечкой.

– Бросай окурок сюда, – предложил он. – Я выкину в камин.

От удивления Джина даже отпрянула.

– И не вздумай, – возразила она. – Обожжешься.

Майк молча кивнул, всем своим видом показывая свое упрямое желание и смиренную готовность сделать это. Происходящее было смехотворным, предельно банальным и одновременно волнующим.

В итоге недоумевающая и слегка изумленная Джина бросила окурок в подставленную ладонь. Кэмпион инстинктивно отвернулся. Не хотелось смотреть на мазохистское наслаждение физической болью, которую явно испытывал Майк, неся окурок к камину.

Вскоре в гостиной снова появился Джон, восстановив общую направленность мыслей. Добросовестная приходящая служанка Джины, вернувшаяся, чтобы вымыть посуду после чаепития, встретила его на лестнице и впустила в квартиру, открыв дверь своим ключом. Джон сдержанно кивнул Кэмпиону и перевел взгляд на Керли:

– Мисс Керли, вы знаете, где папка с вырезками рецензий на «Линию тени», которую нам прислал Феллоус? Небольшая такая, красная, с причудливым узором. Куда мы ее дели? Может, отослали обратно?

Мисс Керли задумалась. Подобные сведения хранились в ее мозгу, аккуратно рассортированные по «полочкам». Оставалось найти нужную «полочку». Умение запоминать мелочи еще в молодости делало ее необычайно ценной сотрудницей, а сейчас и вовсе считалось легендарным.

– Папка лежит в стальной комнате справа от двери, на полке, среди всякой всячины, – наконец сообщила пожилая дама.

Перехватив вежливо-недоумевающий взгляд мистера Кэмпиона, Майк поспешил пояснить.

– Нынче «стальная комната» – это анахронизм, – сказал он. – Так у нас называется комната-сейф в подвале двадцать третьего дома. Название берет начало с тех давних времен, когда авторы требовали, чтобы им платили золотом. Сейчас никакого золота там, естественно, нет. Мы используем ее в качестве кладовки, запихивая туда все, что мешает в конторе, но однажды может пригодиться: адреса, те же вырезки и прочую дребедень. Комната лишь называется стальной. На самом деле стены обиты жестью в лучших викторианских традициях.

– Очень интересное описание, – сухо отреагировал Джон. – Может, не откажешься сбегать туда за папкой?

Майк не двинулся с места. По сути, это была просьба, но двоюродный брат облек ее в форму совершенно неуместного приказа, и Майку захотелось ответить какой-нибудь колкостью.

– Мистер Уиддоусон, я сама схожу. Мне известно, где она лежит, – вызвалась мисс Керли и встала.

– Глупости, Керли, – поспешил остановить ее Майк. – Только вам еще не хватало туда идти. Я пойду. Ключ, как всегда, у вас под столом? Тогда я пошел. Я мигом.

Майк покинул гостиную, и Джон уселся на освободившийся стул.

– Туман совсем сгустился, – изрек он и, взяв кочергу, стал по-хозяйски ворошить угли в камине.

В свои шестьдесят три года Джон Уиддоусон – самый старший из племянников Старика – оставался крепким и деятельным. Кэмпион, сидя поодаль в тени, имел возможность хорошо рассмотреть этого человека. Типичное избалованное дитя своей профессии – такой мысленный вывод сделал мистер Кэмпион. Маленький тиран, воспитывавшийся в детской, которую для него собственноручно подготовил дядя. Но надо отдать Джону должное: он по-прежнему открыто вступал в сражения, преподносимые жизнью, и одерживал победы. Слабаком его никак не назовешь.

Разговор в гостиной стал бессвязным. Мисс Керли в присутствии Джона всегда была сдержанна. Джина витала в своих невеселых мыслях. Мистер Кэмпион изо всех сил старался, чтобы беседа не угасала, но особого успеха не достиг. Его своеобразная манера общения вряд ли нравилась мистеру Уиддоусону. Паузы становились все длиннее. К счастью, вернулся Майк. В коридоре послышались его быстрые шаги.

На мгновение всех захлестнула волна непонятной тревоги. Она быстро схлынула, но при виде молодого человека, держащего в руке красную папку с золотистым орнаментом, тревожное чувство вернулось.

Кэмпион уже готов был поверить в свою чрезмерную нервозность, если бы не Джон. Тот, увидев Майка, вперился в двоюродного брата и резко спросил:

– В чем дело? Ты никак призрака увидел?

После этого вопроса все взглянули на Майка. Его смуглое лицо было бледнее обычного. Он запыхался, словно не шел, а бежал. Меж тем вопрос Джона его искренне удивил.

– Со мной все в порядке. Немного потерял спортивную форму, только и всего. А туман на улице жутко густой.

Джон что-то буркнул себе под нос и, забрав папку, удалился. Кэмпион возобновил разговор с места, где тот прервался, пытаясь ободрить собравшихся.

Вскоре мисс Керли распрощалась и тоже ушла. Еще через несколько минут отправился восвояси и мистер Кэмпион, оставив Джину и Майка в обществе камина.

На обратном пути и дома Кэмпион размышлял о превратностях жизни других людей. Вскоре после полуночи он отправился спать, выбросив из головы Джину и ее сумасбродного мужа. Поэтому телефонный звонок мисс Керли, поднявший его с кровати в десять утра, произвел на него шокирующее впечатление.

– Мистер Кэмпион, Пола нашли. Его обнаружила мисс Марчант, одна из наших машинисток. – Голос мисс Керли, раздававшийся из телефонной трубки, был неестественно деловым. Кэмпион представил ее в гуще возникшего хаоса – суровую, холодную, практичную. – Полчаса назад, придя на работу, я отправила эту девицу вниз. Мне понадобились кое-какие старые адреса. Поскольку дверь там заперта, я дала ей ключ из моего стола. Через несколько минут из подвала донесся ее вопль. Мы бросились туда и увидели мистера Пола лежащим на полу. Вы можете подъехать?