Цветы для судьи - Аллингем (Аллингхэм) Марджери (Марджори). Страница 6

Кэмпион задал вопрос, на который мисс Керли ответила с раздражением, словно рассердившись непонятливости собеседника.

– Да. В стальной комнате. Да, Майк ходил туда вчера за папкой. И вот еще что, мистер Кэмпион. – Керли понизила голос. – Здесь находится врач. Он полагает, что бедняга пролежал там несколько дней, будучи уже мертвым.

Мистер Кэмпион задал другой вопрос. На этот раз мисс Керли ответила без раздражения. Наоборот, в ее голосе появился испуг:

– Да. Посередине комнаты. В распластанной позе. Любой вошедший туда просто не мог его не увидеть.

Глава 2

Об устройстве похорон – потом

Когда сталкиваешься с чем-то ужасным и впоследствии вспоминаешь об этом, обнаруживаешь, что некоторые моменты выделяются своей особой четкостью. Эти моменты редко бывают драматичными, и те, кого они преследуют, порой недоумевают, почему мозг столь ярко высветил именно их.

Майк Веджвуд и мисс Керли навсегда запомнили мгновение, когда доктор Роу, стоявший перед телом на коленях, поднял голову и, словно извиняясь, произнес:

– Боюсь, нам все-таки придется его переместить. Здесь я ничего не вижу.

Возможно, способность обоих переживать потрясения достигла предела, и слова врача совпали с наступлением первой стадии милосердной безучастности, позволяющей воспринимать случившееся уже на новом уровне. Но как бы там ни было, эта сцена с фотографической точностью запечатлелась у обоих в мозгу.

Невероятно захламленная стальная комната предстала перед ними во всех подробностях. Они новыми глазами увидели ряды пыльных полок, заваленных и заставленных невесть чем. Полки окаймляли все стены и прерывались лишь в одном месте – возле старомодного зелено-черного сейфа, заменившего собой плиту (прежде стальная комната служила кухней). Перед взорами Майка и Керли словно впервые предстал массивный стол, занимавший собой почти всю середину помещения, на котором громоздились книги, папки и неряшливые пакеты из крафтовой бумаги.

Увидели они и пространство под столом, заставленное хлипкими картонными коробками. Напиханные в них бумаги давно бы вывалились наружу, если бы не тяжесть книг, кое-как набросанных сверху.

Туман, окутавший город и успевший проникнуть во все щели, добрался и сюда. Он повис в воздухе, пыльным ореолом окружив единственную лампочку. Мертвец лежал на спине, ногами в сторону двери, возле которой остановились Майк и мисс Керли. Тень, создаваемая кромкой стола, мешала им рассмотреть его лицо.

Врач неуклюже встал с колен и повернулся к хозяевам комнаты. Это был невысокий, седой и достаточно пожилой человек, не утративший, однако, щеголеватости. Под кустистыми бровями скрывались маленькие проницательные глаза. Оголенные по локоть, мускулистые и густо покрытые волосами руки никак не вязались с его элегантным костюмом и выглядели слегка вульгарными.

– Куда мы можем перенести тело? – спросил он.

Мисс Керли, решившая, что вопрос адресован ей, принялась быстро соображать. Подвал дома № 23 не отличался обилием помещений. Помимо стальной комнаты, здесь, в конце коридора, находились чуть более просторная упаковочная, кладовая и соседствующая с ней тесная уборная. Ни одно из этих мест не годилось для врачебного осмотра трупа. Комнаты верхних этажей еще меньше подходили для упомянутой процедуры. К тому же рабочий день уже начался, и перенос тела наверх лишь усилил бы общую взвинченность персонала.

Мисс Керли окинула взглядом стол.

– Доктор, вот что я предлагаю, – сказала она. – Если мы освободим стол от хлама и застелем простыней, света вам вполне хватит. Я принесу лампочку помощнее.

Низенький врач с любопытством посмотрел на женщину. Ему было известно о занимаемой Полом должности одного из директоров фирмы, и, хотя было понятно, что персонал воспринимает случившееся совсем не так, как члены семьи покойного, доктора Роу всегда удивляла общая тенденция, свойственная людям, далеким от медицины. Почему-то никто не спешил как можно быстрее перенести тело туда, где врачу наиболее удобно производить осмотр. Вслух он сказал, что считает предложение мисс Керли наиболее разумным.

Майк бочком вошел в стальную комнату, стараясь не приближаться к своему несчастному двоюродному брату, и принялся освобождать стол от пыльных бумажных залежей, перекладывая их на пол с другой стороны стола.

В помещении было сухо, поскольку в коридоре находилась печь отопительного котла. Правда, из-под двери, ведущей во двор, сюда иногда долетали порывы ледяного ветра. Майк трудился, будто в кошмарном сне. Его долговязая худощавая фигура и мимика лица выражали чисто мальчишеское отчаяние.

Доктор вновь склонился над покойником, время от времени вздыхая и что-то бормоча себе под нос.

Вернулась мисс Керли, принеся более яркую лампочку и две простыни, позаимствованные в квартире Майка. Ее лицо было угрюмым, и она едва сдерживала энергию, бурлившую внутри. Врач, почувствовавший это, пристально посмотрел на нее, но, пока мисс Керли чем-то занималась, она вполне владела собой.

Именно она руководила заменой лампочки. Майк проделал это с редкостной неуклюжестью. Затем Керли застелила стол простыней, держа наготове вторую и ожидая распоряжений врача.

Мужчины смотрели друг на друга. Майк был моложе и значительно сильнее, но выглядел не лучшим образом. Его лицо сильно побледнело, а на лбу выступил пот.

Голос доктора Роу звучал энергично. Его спокойствие благотворно действовало на Майка и мисс Керли. За тридцать пять лет врачебной практики он научился вести себя с дружелюбным безразличием, скрывая за этим присущее ему обыкновенное человеческое любопытство.

– Сделаем так, мистер Веджвуд. Я возьму его за плечи, а вы – за ноги. Правильно, чуть выше лодыжек. Вы готовы? Тогда поднимаем…

Взгляд Майка упал на коричневые ботинки с тупыми носами. Знакомые ботинки. Ботинки Пола. А сам Пол превратился в беспомощное тело, лежащее на пыльных каменных плитах. Физическое напряжение, сопровождавшее подъем и перенос тела на стол, отрезвляюще подействовало на Майка. Он намеренно расфокусировал глаза, чтобы не видеть лица двоюродного брата. Ему хватало лица мисс Керли.

– Так, хорошо, – кивнул доктор Роу. – Опускаем! – Еще через минуту он поднял голову и сказал: – Вам будет лучше обождать меня за дверью. Это… не слишком приятное зрелище.

Выйдя в коридор с каменными стенами, Майк схватился за железные перила лестницы и повис на них, прижав свою короткостриженую голову к холодному металлу.

– Керли, как все это жутко… – наконец выдавил он. – Где до сих пор носит Джона?

– Сейчас должен подойти, – резким тоном ответила женщина. – После звонка доктору я сразу же позвонила ему. Экономка ответила, что он полночи читал и лишь недавно проснулся. Как только оденется, сразу придет. Ужасное событие. Я еще никого не посылала к Джине.

– К Джине? Да, конечно. Я сам ей сообщу. Не сейчас. Позже. Она могла бы спуститься и увидеть его… – Майк замолчал, не договорив.

Мисс Керли вновь прониклась к нему симпатией, и это чувство почти заглушило страх. Она сняла очки и нервно провела рукой по щекам.

Майк молчал, нахмурившись, отчего его глаза казались запавшими и более темными, чем обычно.

Судя по серой тени, появившейся на стене, на верхней площадке кто-то был.

– Мисс Керли! Мисс Керли! – послышался девичий голос, дрожащий от усилий сохранять спокойствие. – Пришел мистер Тус.

– Проводите его в приемную, мисс Джеймс. И всех остальных посетителей тоже, – ответил ей Майк, опередив Керли.

Той лишь оставалось, открыв рот, слушать удалявшиеся шаги.

Осмотр тела занял у доктора неправдоподобно короткое время. Майк и Керли забросали его вопросами. Мистер Роу тщательно мыл руки в раковине маленькой уборной и попутно отвечал.

– Должен сказать, что мистер Бранд умер около трех дней назад. Точнее сказать уже не могу, поскольку период трупного окоченения миновал. Но три дня – это как минимум. Странно, что его не обнаружили раньше.