Формула зла - Мофина Рик. Страница 7

Кто-то дал ей толстовку с логотипом Вашингтонского университета, которая была ей велика; девочка буквально в ней утонула.

Надев капюшон, Кэти прислонила голову к плечу помощника шерифа. Они сидели на траве под деревом, и Кэти смотрела «Белоснежку и семь гномов» на планшете, который держала перед ней полицейский. Из динамика доносились звуки песни: «Хей-хо, хей-хо…»

Пирс подошла к медику, работавшей неподалеку, и отвела ее в сторону.

– Как там Кэти? – спросила она.

– Показатели по-прежнему немного выше нормы, – ответила женщина. – Девочка продрогла, бледна и встревожена. Мы пытаемся ее отвлечь и даем ей воду. Но, с учетом ситуации, держится она молодцом.

– Она ведь способна отвечать на вопросы? Мне нужно с ней поговорить.

– Да, без проблем. Я буду рядом.

– Она разговаривала с вами о случившемся?

– Нет. Только спросила, умерла ли Анна. Я ответила, что не знаю. Кэти напугана и хочет домой.

– Хорошо, спасибо.

Пирс лихорадочно соображала, как лучше опросить Кэти.

Она последней видела Анну Шоу в живых.

Хирано предположил, что ребенок лжет. Ким было важно узнать детали, но она понимала, что у детей, травмированных внезапной трагедией, часто бывают искаженные воспоминания и провалы в памяти. Взвесив все за и против, она приблизилась к Кэти и села рядом с ней. К ним подошел Гротовски.

– Привет, Кэти, – сказала Ким. – Я детектив Ким Пирс.

Кэти прижала коленки к груди и начала слегка покачиваться, что не ускользнуло от Пирс.

– А это детектив Ларри Гротовски, – представила она коллегу, когда тот опустился на траву рядом с ними. – Он снимает нас на видео. Это часть нашей работы, – пояснила Ким, и Гротовски дружелюбно помахал девочке рукой. – Зови его Ларри. У него две дочери почти того же возраста, что и ты. А у меня сын, тоже твой ровесник. Можешь звать меня Ким. Идет?

Смахнув слезы, Кэти промолчала.

Пирс полезла в карман и передала девочке несколько свежих салфеток, которые та взяла. Пока Кэти вытирала лицо под капюшоном, Пирс увидела ее голубые, как лед, глаза и симпатичные белокурые косички, обрамляющие лицо.

– Хочу, чтобы мама забрала меня домой прямо сейчас.

– Она уже едет.

– Все говорят, что Анна умерла. Когда я увидела ее у подножия скалы… я подумала, что… – Кэти прерывисто задышала. – Она правда умерла?

– Анна тяжело, очень тяжело ранена. Нам еще многое предстоит для нее сделать. И ты должна нам помочь. Как думаешь, получится?

Кэти вяло пожала плечами, обхватила коленки руками и вновь начала покачиваться.

– Ты должна быть храброй и сильной. И тогда сможешь рассказать мне обо всем, что случилось. Хорошо?

– Но я уже все рассказала другому полицейскому.

– Знаю, солнышко. Но я ведь должна понять, что именно произошло, чтобы мы во всем разобрались и отправили тебя домой с мамой.

Кэти захныкала.

– Понимаю, Кэти, тебе очень трудно, но это важно, потому что там была только ты.

Девочка продолжала раскачиваться.

– Вот скажи, – начала Пирс, – чем ты занималась после того, как встала с постели у себя дома сегодня утром?

– Я ночевала у Анны.

– Значит, и проснулась у нее?

– Анна – моя няня.

– Давно она за тобой присматривает?

– Ну да.

– Пару месяцев, год или дольше?

– Наверное, год. Сегодня она хотела помочь. Мы рано встали.

Пирс одобрительно кивнула, чтобы Кэти продолжала рассказ.

– Мы приехали в «Санни дейз» и сели в автобус со всеми.

– Где вы сидели?

– Сзади.

– Вы с Анной разговаривали?

– Да, о музыке и всяком другом.

– О чем, например?

– Она только что рассталась с Таннером, своим парнем.

– С Таннером? А как его фамилия?

– По-моему, Бишоп.

– Анна расстроилась?

– Думаю, да. Но радовалась поездке.

– Хорошо. А по дороге не произошло ничего необычного? Например, в автобусе.

Задумавшись над вопросом, Кэти уставилась на траву и покачала головой.

– Точно? – спросила Пирс.

– Ничего не случилось.

– Хорошо. Ты молодец, Кэти. А что было после того, как автобус приехал в парк?

Кэти пожала плечами.

– Все вышли, мы тоже взяли рюкзаки, спустились и пошли за остальными по тропе. Они уже были далеко.

– С вами был кто-нибудь еще?

Кэти покачала головой.

– Все ушли вперед.

– Значит, остались только вы с Анной?

– Да. Ну, там были бабочки, птицы, а еще мы видели кролика.

– О чем вы говорили?

– О том, как тут красиво. Анна фотографировала.

– Итак, вы идете от автобуса. Кого-нибудь встретили по дороге?

– Нет.

– Значит, только ты и Анна. А что потом?

Моргнув, Кэти сказала:

– Мы дошли до скалы.

– А дальше?

Девочка посмотрела на свои руки и потеребила пальцы.

– Анна говорит: «Ах, как тут красиво, Кэти. Хочу сделать селфи».

– Селфи? Так и сказала?

– Да.

– Хорошо.

– Мы сняли рюкзаки, чтобы там задержаться. Она достала телефон. – Кэти кивнула невидимому собеседнику. – А я сказала… – Она понизила голос до шепота: – Я сказала: «Хорошо, только будь осторожна, Анна».

– Так и сказала?

– Да, из-за скалы.

– Именно так ты и сказала?

– Да.

– А что было потом?

– Она развернулась и пошла спиной вперед, чтобы сделать классную фотку с обрыва. – Кэти заломила руки и облизнула губы. – Я сказала: «Будь осторожна», а она все повторяла, как тут красиво, и шла спиной, а потом… – Сделав глубокий вдох, Кэти выдавила из себя мучительные слова: – Она закричала, и больше ее там не было! – Девочка слепо смотрела прямо перед собой. – Но я услышала ее голос. Посмотрела вниз. Она повисла на дереве, которое торчало из скалы. Просила меня привести помощь. Я так испугалась! Не знала, как быть. И побежала.

Кэти заплакала, и ее голос стих до шепота.

– Я прибежала сюда и позвала на помощь. Джексон, Адам и Конни пришли, но, когда мы добрались до скалы… – Лицо Кэти сморщилось от боли. Она крепко зажмурилась. – Я увидела Анну внизу, на камнях. Это было ужасно!

Спустя какое-то время девочка заговорила снова:

– Хочу к маме! Пусть мама заберет меня домой!

– Мы почти закончили, – сказала Пирс.

– Пожалуйста!

– Осталась всего пара вопросов, солнышко, – успокоила Ким девочку. – Когда ты побежала за помощью, Анна еще держалась за ветку?

– Да.

– А был ли у нее в руке телефон, когда она упала?

– По-моему, нет.

– Ты видела, куда он упал?

Кэти покачала головой.

– А сама ты ничего не фотографировала на свой телефон?

– Нет, мой остался в рюкзаке. У Анны получалось лучше.

– Ты не слышала и не видела кого-то еще рядом с вами, когда Анна упала, или после того, как ты привела взрослых?

– Нет.

– Ты видела, чтобы она поскользнулась?

– Нет.

– Там было ветрено?

– Не знаю.

– Вы с Анной ни о чем не спорили и не ссорились перед тем, как это случилось?

– Нет.

– Даже по мелочи?

– Нет. Мы же подруги.

– Анна что-нибудь сказала перед тем, как упасть?

– Только сказала, что хочет сфотографироваться… – Кэти с трудом подбирала слова. – А я… а я просила… – Голос у нее сорвался. – Я просила ее быть осторожной.

Пирс выдержала долгую паузу, после чего похлопала свидетельницу по руке.

– Кэти, ты очень нам помогла. На сегодня все. Сейчас тебя осмотрят медики, а потом мы отвезем тебя домой.

Ким оставила Кэти с медиком и другим полицейским, отошла в сторону, чтобы просмотреть свои заметки, глубоко вздохнула и понаблюдала за другими детьми.

Они разделились на небольшие группы. Одни отвечали на вопросы помощников шерифа и патрульных, другие утешали друг друга на фоне всеобщего отчаяния.

Невинная прогулка обернулась трагедией. Так, по крайней мере, все выглядело со стороны, подумала Ким, когда у нее зазвонил телефон.

Это был Бентон. Она ответила:

– Пирс.

– Родители Анны Шоу приехали на парковку, – сообщил он. – Люди шепчутся. Им хочется знать правду.