Деревенский лекарь (СИ) - Денира Анна. Страница 23

– Мира лечить, умывать, поить. А всего-то и надо, что бить!

– Метод действительно сомнительный, – пораженно произнес оборотень, – но с этой теорией вы можете выступить на ежегодной научной конференции!

– Я, наверное, от этого откажусь. Мне кажется, если я выступлю с такой темой, у меня лицензию отнимут…

Юноша выглядел потерянным, но взгляд его, зацепившись за мое лицо, стал чуть спокойнее. Что ж, в конце концов, именно я была с ним в те редкие мгновения, когда он приоткрывал глаза. Мой разум тотчас окутало непомерное облегчение от выполненной задачи. Я, наконец, сделала глубокий вдох, словно все это время дышала прерывисто, боясь боли между ребрами.

– Все в порядке, – с улыбкой произнесла я, – вы в безопасности.

– Это вы…? – он вновь с сомнением опустил взгляд на затянувшийся бок.

– Я зашила рану, но дальше со всем справилась ваша регенерация.

Низко склонив голову, Авалон взял меня за руки, прижав их к своему лбу.

– Я благодарю вас за спасение. И ныне в долгу перед вами.

– Не нужно, – смущенно вернув свои руки на место, я покосилась на потухшую сферу, – я просто выполняла свою работу.

– Прошу, не говорите так. Без вашей помощи я бы отправился к своим погибшим товарищам, – тут же помрачнев, наг замолчал, вспоминая, должно быть, сражение, низвергнувшее его во тьму.

– Авалон Ширетас, – обратился к юноше Волрас, – наш отряд был послан герцогом Ламарентом. Мы нашли ваших воинов в низине, но спасти смогли лишь вас. Быть может, я покажусь грубым, но сейчас часть нашей группы отправилась в горы, и информация, которой вы поделитесь, может очень нам помочь. Расскажите, что произошло?

– Конечно, ведь сейчас это малое, что я могу сделать для вас…Цель у нас одна, и мы полагали, что соперничество это лишено жестокости, но герцог Гото решил играть по-своему. Его люди устроили для нас засаду, и мы проиграли…На их стороне два красных дракона.

– Но как такое возможно? – вскочив на ноги, оборотень испуганно распахнул глаза. Даже лицо Булгура стало хмурым.

– Нужно уходить отсюда, и доложить обо всем Императору.

– Это невозможно, наш отряд сейчас в горах…

Разгорелся спор. Авалон оказался рассудительным юношей, хоть я и ждала от него стереотипного поведения богатого наследника. Быстро оценив всю ситуацию, он начал предлагать различные варианты того, как можно связаться с Беортом, но все это работало исключительно в ясную погоду, тогда как бушевавший ливень попросту не позволил бы посланию прийти к командиру.

Когда же вместе с раскатом грома раздался звериный рык, все разом замолчали, затаившись. Мрачная тень накрыла равнину, и вместе с ней страшный рев заставил сердце сжаться от ужаса.

24

Прижав руки к груди, я опасливо выглянула из повозки, упустив момент, когда Булгур и Волрас резко выскочили наружу под дождь. Там в небесах, затянутых антрацитовыми грозовыми облаками, боролись два дракона, кусая друг друга за шеи и срывая когтями чешую. Вместе с прозрачной водой на землю полилась кровь, превратив холодные ручейки в багровые зловещие разводы. Когда же один из драконов выпустил в сторону противника залп яркого пламени, я зажмурилась, снова спрятавшись в повозке. Мне всегда было интересно, как поступит мое тело, оказавшись в ситуации, где жизнь буквально висит на волоске? Ответом стало желание побежать. Бежать так быстро и так далеко, чтобы потерять сознание, а очнуться дома от запаха свежеиспеченного пирога. Но сейчас в воздухе пахло горелым мясом, а бежать было некуда – броситься на открытую местность было так глупо, что даже отравленный испугом мозг прекрасно это понимал. Наг заботливо укрыл меня плащом, и, бросив на Авалона дрожащий взгляд, я вдруг почувствовала укол вины: хотя в движениях змея сквозили завидные спокойствие и сосредоточенность, он снова посерел, а по лицу его бежали капли пота.

Драконы рухнули наземь, создав падением настоящее землетрясение. Раздробленные камни, словно метеориты, устремились в стороны, перевернув повозки и задев испуганных лошадей. Прежде, чем наша крытая телега, стоявшая за всеми остальными, упала в лужу из воды и крови, Авалон успел обвить меня хвостом и прижать к себе, чтобы смягчить падение. Ударившись спиной о деревянный каркас, он зашипел от боли.

– О Боги, очень больно? – со слезами в глазах спросила я, дрожа от страха.

– Копье в живот будет больнее, – постарался улыбнуться наг.

– МИРА! – закричал орк, заглянув повозку. Ничего не спрашивая, он буквально за шкирки вытащил нас со змеем на улицу, где я во всей красе смогла разглядеть последствия сражения двух монстров.

От телег остались лишь щепки, несколько лошадей и волков, раненых острыми камнями, лежали в крови, не шевелясь. Рядом с ними я увидела двух минотавров, коих задела ударная волна. Сражавшиеся на земле драконы пытались повалить друг друга, не обращая внимания на воинов, и каждый раз, как один из них падал на спину, земля тряслась так, что и устоять на ногах было невозможно. Перехватив секиры и мечи, отряд пытался разнять ящеров, что со стороны выглядело жутко и вместе с тем тщетно, однако, изумрудный дракон неожиданно отпрянул в сторону, уводя за собой врага.

Бежать было некуда, но и стоять на месте было опасно. Я видела, как ходили желваки орка, когда тот озирался по сторонам, прикидывая варианты отступления. В горы? Сложно. Некоторые воины ранены, подъем не будет быстрым, к тому же, землетрясения могут вызвать оползень. По этой же причине стоять здесь – у самого подножия – очень опасно. Вариант был лишь один, но вглядываясь в противоположную сражению сторону, где была открытая местность, Булгур боялся преследования алого дракона, что мог бы выпустить залп пламени прямо во время полета.

Громко свистнув, он попытался усадить нас на волка, как в это мгновение на землю неожиданно опустилась сама ночь. Вскрикнув от неожиданно сгустившегося мрака, я подняла голову, с такой силой закусив губу, что та лопнула. Огромный черный дракон упал с неба прямо на красного ящера, отчего земля треснула и с жутким грохотом начала раздвигаться в разные стороны. Новая ударная волна отбросила воинов в сторону, и лишь благодаря стоявшему впереди Булгуру я избежала попадания в тело камней. Мелкие осколки царапали кожу, крупные ломали кости. Упав в лужу, я крепко стиснула кулаки, пытаясь собрать жалкие остатки мужества, но вместо этого из глаз беззвучно полились слезы. Когда нечто круглое попалось в ладонь, я хотела инстинктивно отбросить это в сторону, но, приглядевшись, поняла, что в руках моих лежало чье-то глазное яблоко. Закричав от ужаса, я попыталась отбросить его в сторону, но прилипнув к коже, оно смотрело на меня неестественно яркой фиолетовой радужкой.

Затонувший в грохоте крик не привлек к себе внимания, и, не заметив моего бледного плачущего лица, Булгур усадил меня на тихо поскуливавшего волка, закинув назад и нага. Сам же он почти на ходу вскочил на одного из тяжеловозов, что пытался убежать в безопасное место. Послушно устремившийся вперед волк рванул что есть сил, отчего мне пришлось прижаться к его спине и зажмурить глаза. Авалон, едва державшийся позади, боролся с самим собой, чтобы снова не потерять сознание, а прилипшее к ладони глазное яблоко мешалось так сильно, что я была готова содрать его вместе с кожей.

Я видела, что все остальные поспешили за нами, что Булгур и Волрас вывозили на тяжеловозах раненых, что драконы не собираются лететь за нами. Черный дракон, прокусив алому шею, удерживал его на месте всем своим весом, не позволяя ни взлететь, ни даже дернуться. И все же ему пришлось снова раскрыть крылья, когда в воздухе показался второй алый ящер. Тщетно посчитав свое положение безопасным, я будто в замедленном виде смотрела на приближающегося к нам дракона. Слышала испуганный крик орка, чувствовала, как волк подо мной сжался, чувствуя очередное приближение опасности, и искренне надеялась, что, если пламя обрушится на мою голову, смерть будет безболезненной.